Жизнь Будды

Можем ли мы рассматривать Жизнь Будды с ожиданием найти в ней подсказки и точки зрения, которые мы могли бы применить к своей собственной жизни? Человека, знаменитого тем, что в возрасте тридцати пяти лет он прошёл через уникальную трансформацию и обрёл великую силу пробуждения. Можно подойти с очень простой человеческой меркой, как человек к человеку, учитывая исторические реалии и вникая в его борения духа, в его поиск истины и в его просветление.

Рассматривая жизнь в контексте подходов, т.е. как историческое лицо и как некий архетип, мы можем увидеть развёртывание универсальных принципов на примере конкретного содержания его жизненного опыта. Это даёт нам возможность рассматривать историю не как абстрактную и бесконечно далёкую от нас историю нереального человеческого существа, жившего двадцать пять столетий тому назад, но как такую, которая вскрывает нечто универсальное в каждом из нас. Это становится методом постижения нашего индивидуального опыта в контексте более обширном и глубоком в контексте, который соединяет жизненное путешествие с нашим собственным. Мы решили следовать той же тропой, вдохновлённые теми же вопросами. Какова истинная природа нашей жизни? В чём коренная причина нашего страдания?

Трактовка путешествия в терминах четырёх стадий представляет собой картину замечательного переплетения личностных элементов жизни и универсальных принципов, которые они воплощают. Видя, как события жизни прямо перекликаются с нашими собственными переживаниями, мы проникаемся огромной энергией и вдохновением в трудах нашего собственного жизненного путешествия.

Размышление над жизнью приносит чувство радости, ибо, узнавая о силе и грандиозности духовного поиска, мы переносим это на себя и чувствуем сильнейшее побуждение заняться дхармической практикой.

Когда мы узнаём о приключениях великих исследователей земли, нас прежде всего поражает дух таинственности и драматичность обстоятельств, сопровождавших сделанные ими открытия. Мы представляем их бороздящими неизведанные моря или исследующими диковинные земли, но при этом мы, как правило, не думаем о бесчисленных повседневных трудностях, лишениях и неудобствах, как-то москитах, бесконечных дождях, скуке и дурной пище. Но ведь и это тоже неотъемлемые элементы путешествия. Точно так же и в процессе нашей практики постоянно возникают раздражающие и трудные моменты, и они представляют собой естественную часть нашего необычного путешествия, в котором мы исследуем природу нашей собственной жизни. При этом очень легко зациклиться на деталях опыта, так, что мы можем потерять крупный план всего контекста, в котором работаем.

Первую стадию путешествия героя Кэмпбелл называет зовом судьбы. По преданию, он впервые услышал этот зов за множество жизненных циклов до своего рождения как Сиддхартха Гаутама, в ту свою жизнь, когда он был отшельником и жил в лесу, звали его Сумедха, а было это во времена предыдущего Будды по имени Дипанкара. Однажды Сумедха услышал, что Дипанкара будет проходить вблизи того места и он присоединился к большому скоплению людей, собиравшихся засвидетельствовать своё почтение. Люди готовили дорогу для Дипанкары, и участники процессии монахи и монахини, и среди них Сумедха получили небольшой участок дороги, чтобы сделать его ровным и удобным для движения. Сумедха не успел закончить свою часть и кусочек дороги оставался ещё грязным, когда великий странник уже приближался. И тогда в последнюю минуту Сумедха лёг и заполнил своим телом грязный провал дороги, чтобы Дипанкара смог в этом месте пройти.

В том жизненном воплощении, в котором бодхисаттва стал великим, он родился принцем в маленьком королевстве Шакья около теперешней границы между Индией и Непалом. При его появлении на свет мудрецы предсказали, что он станет либо крупным монархом, либо, уйдя от мирских дел, превратится в Будду. Король, отец Бодхисаттвы, желая, чтобы его сын стал, подобно ему, светским правителем, искусно окружил Сиддхартху всевозможными источниками чувственных радостей и сделал всё, чтобы занять его ум мирскими забавами. Для каждого времени года был построен особый дворец, в каждом из них были свои музыканты, танцовщицы, куртизанки и тому подобное, дабы увеселять молодого принца. Король делал всё возможное и невозможное, чтобы из жизненного опыта сына изгнать малейший намёк на неприятные вещи.

Однажды Сиддхартха решил покинуть пределы дворца и посетить город. Король, опасаясь того, что его сын увидит что-нибудь неприятное, такое, что может навести его на раздумья о своём положении и толкнуть на отказ от мирской жизни, приказал замаскировать всё дурное и грустное, выкрасить город в ликующие тона, украсить его цветами, наполнить благовониями, а всех людей, страдающих от болезней, старости, нищеты, убрать прочь. Но не так-то легко было отменить зов судьбы встать на пути призвания Бодхисаттвы.

Первый из них предстал очам молодого принца в виде дряхлого старца, согбенного и слабого рассудком. Второй посланец явился ему как человек, тяжко страдающий от недугов. Третий был явлен потрясённому ездоку в форме трупа. И при каждой встрече принца охватывал ужас, ибо он никогда прежде не видел ни больных, ни старых, ни мертвых, не слышал о болезни, старости, смерти. Первый контакт с проявлением этих сторон жизни глубоко его тронул. Каждый раз он обращался с вопросом к вознице по поводу увиденного и затем спрашивал, всякий ли человек может быть жертвой этих несчастий. Возница отвечал, что это неизбежная участь каждого, кто родился на белый свет стареть, болеть, умирать.

Последний из небесных посланцев предстал перед принцем как странствующий монах. Спрошенный и на этот раз, возница ответил, что это один из тех, кто отказался от мирской жизни во имя поиска просветлённости и освобождения.

Теперь спросим себя, что толкнуло нас самих начать практику? Узнали ли мы явившихся к нам небесных посланцев в нашей собственной жизни? Размышление над первыми шагами в нашем собственном путешествии и теми мощными моментами интуиции, которые окончательно привлекли нас на путь поиска истины, все глубже связывают нас с нашим собственным источником вдохновения и оригинальным духом нашего собственного исследования.

После встречи с четырьмя посланцами неба Бодхисаттва покинул дворец со всеми его утехами и комфортом, чтобы найти освобождение в тяжких и мучительных трудах поиска истины. Сначала он в качестве ученика проходил у разных учителей науку медитативной концентрации и освоил все уровни погружения в себя. Однако, даже достигнув на этом пути предельных высот, он видел, что этого недостаточно для освобождения. Когда он выходил из таких состояний запредельной концентрации, ум его всё ещё подвержен бывалым загрязнениям, и поэтому он не мог чувствовать себя удовлетворённым.
Он считал, что даже высшее из этих состояний не свободно ещё от обусловленности, или кармы, то есть не находится ещё по ту сторону жизни и смерти.
Затем он провёл шесть лет, практикуя разные виды аскетизма и аскетических дисциплин, распространённых в то время, физическое самоистязание и истощение тела голодом в стремлении подчинить своё эго и подавить источники загрязнения ума. Говорят, что он долго питался, съедая лишь одно зёрнышко риса в день, и что когда он ощупывал свой живот, то кистью руки, мог обхватить свой позвоночник. Аскетический образ жизни был доведен им до, такой крайности, что порой он терял сознание от усталости и голода. Но прошло шесть лет подобной практики, и он понял, что стоит на ложном пути и таким способом не придёт к свободе и концу страданий.

Читайте похожее:  Высшее Я

И тогда Сиддхартха оставил эту дисциплину крайнего аскетизма и, подкрепившись разумным количеством пищи, приготовился к третьему великому событию своего путешествия великой борьбе. Джозеф Кэмпбелл описывает эту встречу двух начал используя метафору, очень убедительно передавая образами ту энергию, которая заключена в преданности истине.

Бодхисаттва расположился под Древом Бодхи, на Незыблемом Месте, проникнутый своим твёрдым решением, и сразу же к нему подступил Кама Мара, бог любви и смерти.

Этот грозный бог явился верхом на слоне, и в каждой из тысячи своих рук он сжимал оружие. Его окружала его армия, простиравшаяся на двенадцать лиг спереди от него, двенадцать вправо и двенадцать влево, а в тыл она уходила до границы всего мира. Высота же её составляла девять лиг. В страхе бежали божества хранители вселенной, но будущий просветленный оставался неподвижным и бестрепетным под своим древом. И тогда, бог напал на него, стремясь нарушить его сосредоточенность.

Смерч и глыбы скал, гром и пламя, дымящиеся брёвна с острыми концами, горящий уголь и жаркую золу, тучи вздыбленных песков и четырёхкратную тьму всё это одно за другим и совокупно швырнул антагонист в единственную мишень, в спасителя, но все эти столь разные снаряды были в полёте превращены в цветы небес и в благовония великой силой десяти совершенств Раутамы. Тогда Мара наслал на него своих дочерей Желание, Тоску и Вожделение, окруженных сладострастными слугами, однако и на этот раз ум Великого Существа не отвлёкся и не рассеялся.

И тогда бог решил хотя бы завладеть правом самому усесться на Незыблемом Месте, и он гневно метнул острый как бритва диск и повелел всем бойцам своей армии, пирамидой уходящей вверх до самого неба, швырять в сидящего осколками скал. Но будущий просветленный только шевельнул кистью руки, чтобы коснуться земли кончиками пальцев пусть богиня Земля подтвердит его право сидеть там, где он сидит. И она услышала и подтвердила тотчас раздались во чреве планеты и пошатнули, и заколебали всё вокруг сто, и тысяча, и сто тысяч громовых криков земли и слон антагониста в детской покорности опустился на колени перед будущим просветленным. И вся, армия тотчас рассеялась, а боги всех миров разбросали гирлянды цветов и венки для Победителя.

Не правда ли, прекрасное описание борьбы Бодхисаттвы с Марой и о каждом из нас, в очень глубоком смысле, можно сказать, что мы всякий раз сидим под древом бодхи, когда проникаемся твёрдой решимостью войти в состояние осознанности. Мара может насылать на наш ум гнев и желание, атаковать нас беспокойством и страхами всем сонмом сил, олицетворённых в образах этого мифа. Это та же самая борьба, та же преданность поиску истины, тот же процесс освобождения. Проявление усилий есть акт героический, ибо смысл его принадлежит более широкой арене, простирающейся далеко за пределы нашего непосредственного опыта. В этот момент мы выражаем непоколебимую решимость, и отвагу, достойные героя или героини.

Итак, первая стадия путешествия это зов судьбы, вторая великое самоотречение, отказ от прежних шаблонов и привычек, переход к иному видению своей жизни, третья стадия проявляется в великой борьбе со всеми силами иллюзий и заблуждений, и, наконец, четвёртая стадия этого универсального путешествия несёт с собой великое пробуждение.

Согласно легенде, к нему спустился из высших небесных пределов брахманский бог и побуждал его учить дхарме других на благо всех существ и из сострадания к ним. Он попросил его обозреть мир своим мудрым взглядом, говоря, что существует много людей, у которых глаза не запорошены безнадежно пылью заблуждений, и они могут услышать слово истины и понять его. И он поступил так, как просил его брахманский бог, и убедился в истинности его слов, и из чувства глубокого сострадания перед муками живых существ он приступил к своей проповеди, которая продолжалась сорок пять лет.

Вначале он отправился в одно место за пределами Бенареса, которое называлось Сарнат, там в оленьем парке жили пять отшельников, вместе с которыми он раньше предавался практике. Именно к этим пяти аскетам он и обратился со своей первой проповедью. Так было приведено в движение Великое Колесо Дхармы. В этой проповеди он говорил о Четырёх Благородных Истинах и о Срединном Пути тропе между двумя крайностями потворством своим чувственным желаниям и умерщвлением своей плоти. Так заложил он фундамент своих проповедей, продолжавшихся сорок пять лет.

Будда продолжал распространять своё учение, переходя от одного места к другому, и когда шестьдесят его учеников сами пришли к полному просветлению, он послал их в разные стороны с миссией начать распространение дхармы, давая им при этом такое наставление «Идите вперёд и дальше, о монахи на благо многих, для счастья многих, руководствуясь состраданием к миру, во имя добра, пользы и счастья людей. И пусть каждый из вас пойдёт один, своей собственной дорогой. Учите людей дхарме, и делайте это равно хорошо и вначале, и в середине, и в конце. Провозглашайте ценность и пути благородной жизни. Те же из вас, кто исполнит завет, пусть работают кротко на благо других»/

Из этого обращения можно видеть, что весь пафос практики и разумения состоит в развитии свободы в себе, в сочувствии к страданиям мира и в служении на благо других. Понимание того, что очищение нашего собственного сердца и ума происходит в контексте служения благу других, вдохновляет нас и даёт энергию в нашей практике. Практика не может быть самоцелью для практикующего, проявление истины есть всегда проявление большего единства с другими и сострадания к ним.

Определите какая йога вам подходит?

Выберите Вашу цель

Двумя самыми выдающимися учениками были Шарипутра и Могаллана. Могаллана был очень искусен и сведущ в медитации и стал архатом, то есть полностью просветлённым существом, всего за одну неделю. Среди учеников, он был первейшим в развитии психических сил, и до нас дошло много рассказов о проявлении им этих сил во имя распространения буддизма. Шарипутра был учеником первейшим в мудрости. Поскольку ум его был более дискурсивен и требовал рассмотрения каждого опыта во многих разных аспектах, то ему для полной просветлённости потребовалось две недели, на неделю больше, чем Могаллане. О Шарипутре говорят, что в своём проникновении в феномен сознания он уступал только великому. Традиция утверждает, что именно благодаря ему развилась, содержательно и формально, абхидхарма буддийская психология. Говорят также, что он периодически посещал небесное царство, где получила новое рождение его мать, с тем чтобы сообщать ей знание абхидхармы, и возвращался затем на землю, передавая, существо своего учения Шарипутре, который затем разрабатывал и излагал его.

Читайте похожее:  Карма рождения

Сравнивая Будду с архатом надо сказать, что существуют определённые качества, по которым они различаются. Между освобожденностью ума Будды и освобождению ума архата различий нет, в ментальности обоих полностью искоренены алчность, ненависть и невежество. Тем не менее, благодаря своим усилиям, эффект которых накопился за бесчисленные перерождения, просветлённый доводит до совершенства некоторые возможности ума, а диапазон его сострадания и проникновения в суть вещей уникален.

Жизнь Будды олицетворяет собой совершенство мудрости, безграничность сострадания и высшее мастерство в средствах. В любой ситуации Будда знает точно, каким путём передавать знание и каков наилучший способ раскрыть умы других. Он, таким образом, наделён всезнающей мудростью и практической силой сострадания.

В тех глубинах времён, когда произошла встреча отшельника Сумедхи и Дипанкары, первый уже обладал способностью достигнуть просветлённости, однако он избрал путь отказа от этой возможности во благо всех существ, страдающих в своём невежестве. Чувствуя сострадание к бесчисленным существам, нуждающимся в том, чтобы их перевели безопасно на другой берег, он предпочёл пожертвовать своей падавшей ему в руки свободой и пройти ещё через многие зоны, (бесконечные пролеты времён), необходимые для развития всех совершенств.

Тот, о котором мы говорим, увенчал себя тремя великими достижениями. Первое это осуществление великого дела, связанного с титаническими усилиями Бодхисаттвы на его пути через бесчисленные перерождения во имя совершенствования парами, иначе говоря, он достиг состояния освобождения.
Второе достижение это достижение результата, который относится к его просветлённости и обретению всеведения. И третье достижение это служение миру, забота о благе других. Будда не удовлетворился своим собственным пробуждением, а из любящей заботы обо всех существах приступил к просвещению других и до самой своей смерти делился дхармой со всеми готовыми его слушать.

То героическое усилие, которое Бодхисаттва совершил, чтобы дойти до высших высот всех совершенств, возможно лишь благодаря уникальной мотивации чрезвычайного сострадания. И всё же одного сострадания недостаточно для того, чтобы оно привело к большим и правильным результатам. Потенциал его нуждается в мудром распоряжении, а это требует, в свою очередь, тонкого различения благостных и вредящих вмешательств и знания того, какие пути, при одинаковом вмешательстве, приведут к счастью, а какие к беде или ни к чему. Великое сострадание, чтобы принести плоды, требует великой мудрости, великой же мудрости пристало великое сострадание как мотив и толчок к действию на благо других существ. Эти два неотъемлемых крыла Дхармы были в высшей мере и в совершенной форме присущи ему.

Говорится, что даже если собрать воедино любовь и сострадание всех родителей на планете по отношению к их детям, то и тогда эта сумма чувств не приблизится к силе сострадания. Несомненно, родители могут обладать очень большой способностью любить и прощать своих детей. Но у Будды эти качества были безграничны. Одной из практических форм его сострадания было то, что он непрестанно убеждал и побуждал людей отказаться от всего того, что приводит к их страданиям, и избегать таких действий, которые приносят вред или несчастье. Он призывал и увещевал людей следовать тропой, которая ведёт к счастью, благополучию и свободе.

Одной из уникальных способностей человека, достигшего состояния просветления, является беспрепятственное проникновение взглядом на любые расстояния. Каждое утро он обозревал весь мир всепроникающим взором мудрости, окружал сетью своего сострадания всех существ. Имея способность проникать в скрытые устремления других он узнавал созревших для пробуждения и появлялся перед ними, предлагая им истинное учение, способное раскрыть их умы и сердца.
Существует рассказ об одном монахе, который долгое время практиковал медитацию на всех неприятных проявлениях тела в качестве способа развития в себе бесстрастия, он визуализировал такие части тела, как внутренние органы, кровь, волосы, кости, мягкую плоть сухожилия и пр. Прошло несколько месяцев самой усердной практики, а он так и не продвинулся, более того, его ум становился всё беспокойнее.

Об этом узнал Будда, и ему стало ясно, что для этого монаха избранная им практика не подходит. Пользуясь своей психической силой, он создал золотой лотос и указал монаху созерцать его. В процессе созерцания монахом золотого цветка последний стал, распадаться, и вот, наблюдая изменение и распад прекрасного лотоса, монах достиг просветлённости.

Впоследствии, рассказывая об этом, он говорил, что прежде тот монах был золотых дел мастером и работал с красивыми предметами в течение пятисот следующих, друг за другом перерождений. Ум монаха был так настроен на красоту, что он в принципе не мог прийти к сбалансированности ума, избрав объектом практики неприятные вещи, и что его особым и единственным путём к освобождению было созерцание только красивых вещей, в их временности и иллюзорности.

Одна из историй подобного рода о монахе, считавшемся тупицей, потому что он не мог ничему научиться и вообще хоть что-то запомнить. Его старший брат (а он был архатом) пытался научить этого тупицу чтению наизусть одного дхармического стиха из четырёх строчек, но всякий раз, когда тот выучивал очередную строку, он забыл предыдущую.

Как ни пытался он запомнить все четыре строки, это ему не удавалось. Брат решил, что дело безнадежно, и предложил исключить злосчастного монаха, из монашества, чтобы тот вернулся к своим домашним делам. Но хотя он и обладал таким несовершенным умом, сердце у него было доброе и открытое, и предложение брата повергло его в глубокое уныние. И вот идёт он по дороге в этом состоянии скорби, а навстречу ему, который прослышал о случившемся.

Будда подходит к нему и гладит его утешительно рукой по голове и затем предлагает ему объект для медитации белый платок. И говорит он тупице принять этот платок и впредь каждый день, когда солнце стоит у зенита, тереть платок руками. В этом и состояла медитация. Прошло какое-то время, в течение которого тупой монах делал всё по его словам, платок же постепенно становился грязным, и это обстоятельство привело его обладателя к мысли о загрязнениях, покидающих его тело. Наблюдение за тем, как платок становится грязным по мере вытирания о него рук, привело ум монаха в состояние бесстрастия, а уже из этой глубокой сбалансированности ума он пришёл к просветлению. И далее эта история сообщает, что вместе с просветлением к нему пришли и все психические, силы и знание всех учений.

Читайте похожее:  Энергия сознания

Дело в том, что Будда увидел, что этот необыкновенно тупой человек в предыдущем своём перерождении имел следующую ситуацию. Он был великим королём, который однажды в очень жаркую солнечную погоду вышел из покоев своего дворца облачённый в роскошные одежды и так пропотел, что одежды приняли грязный неопрятный вид. Это обстоятельство болезненно изменило его отношение к своему телу, которое с тех пор стало ему чуждым и противным. И вот он прикоснулся к тому давно зароненному семени и одним этим прикосновением вывел ум несчастного из его тупости.

Есть ещё одна очень трогательная история о женщине по имени Киса Готами. Она происходила из бедной семьи, но замуж вышла за очень состоятельного человека. Через какое-то время она родила сына, и они жили вполне счастливо, но через два года, после этого произошло несчастье сын умер.
Горе молодой женщины было неописуемым. Слабеющим умом она отказывалась верить в ужасный факт и ходила повсюду с маленьким трупом, на руках, умоляя всех дать какого-нибудь лекарства, чтобы её сын выздоровел.

Наконец она пошла к Будде и, придя, умоляла его сделать что-нибудь для её обожаемого ребёнка. Он сказал, что может ей помочь, но прежде она должна вернуться в свою деревню, попросить в каком-нибудь из домов одно горчичное зёрнышко и принести его просветленному. Но, добавил он, зёрнышко это должно быть из такого дома, в котором никто никогда не умирал. И вот она ходит из дома в дом, но повсюду встречает один и тот же ответ при всей готовности дать ей то, что она просит, ей каждый раз говорят, что в их доме умирали. И когда она дошла до конца деревни, ум её раскрылся перед фактом смерть неотъемлемая часть всеобщего положения вещей, никто от неё не свободен. И благодаря этой открытости феномену смерти она нашла силы оставить свои иллюзии и похоронить сына. После этого она вернулась и стала монахиней, достигнув вскоре полного просветления.

Подобных историй бесчисленное множество, и они о людях самых разных по своему положению о нищих, купцах, ремесленниках, куртизанках, сельских жителях, аристократах, королях и королевах. И каждый из них приходил с разной степенью веры и понимания, и каждый уходил, обретя путь к свободе и миру благодаря могуществу любви, мудрости и арсеналу средств великого.

Одна из бесчисленных бесед Будды с людьми несёт в себе особенно важный смысл и пользу для понимания духа исследования и открытий в дхармической практике, известна она под названием Калама Сутта.

Жители одного села, которых называли каламами, спросили у него, как выделить из множества разных религиозных учений и учителей именно те или тех, которые достойны веры и доверия. Он ответил, что никому и ничему нельзя верить слепо, нельзя, слепо верить ни родителям, ни учителям, ни книгам, ни традициям, ни даже самому великому. Надо внимательно и пристально вглядываться в свой собственный опыт, чтобы определить, какие вещи ведут к большей алчности, ненависти, иллюзии, и, уходить от этих вещей, и надо смотреть также, какие вещи ведут к большей любви, щедрости, мудрости, открытости и миру, и эти вещи культивировать. Как видим, учение всегда поощряет нас в принятии на самих себя ответственности за наше собственное развитие и в непосредственном исследовании природы нашего опыта. Светлому чуждо было желание славы, почёта или честолюбивого наращивания числа своих учеников. Мотивом его деятельности было искреннее сострадание.

Будде было восемьдесят лет, когда он вдруг почувствовал сильное недомогание и, зная, что скоро умрёт, он лёг на землю между двумя деревьями. Легенды говорят, что эти деревья были, вопреки сезону, в цвету, символизируя окончательное освобождение, уходящего в мир безусловного. Но даже находясь на своём смертном одре, он поделился дхармой, указав духовный путь одному человеку, который пришёл к нему после отречения от другого вероисповедания. В своих последних словах он наставлял собравшихся вокруг него (а значит, и нас) такими словами «Все сложные, составленные из разных частей вещи суть временны, не вечны. Усердно работайте над вашим предстоящим освобождением» Затем он вошёл в состояние джанической концентрации и угас.

По мере всё более глубокого погружения в практику мы приближаемся к всё более полной оценке и пониманию нашей собственной истинной природы, а вместе с этим развивается прекрасное чувство любви и уважения к Будде и как к фигуре исторической, и как к архетипу естественного элемента Будды в нас самих.

Размышляя о трёх великих совершенствах или жизненных свершениях Будды, мы осознаём грандиозную ценность открывающейся перед нами возможности идти тропой, завещанной подобным существом, уникальной тропой истинного благородства. Сознание этого переполняет нас благодарностью. Осознанность и проникновение в истину позволяют нам, размышляя о духовном путешествии Будды, вглядываться в него и узнавать в нём наше собственное, и наоборот. Питаться им духовно как из неиссякаемого источника.

Упражнение памятование Будды

Регулярное воскрешение в памяти облика Будды и его деяний может служить эффективным способом для возбуждения и укрепления в себе таких духовных качеств, как вера и концентрация. Созерцание совершенств Будды (таких, как щедрость, нравственность, сосредоточенность, любящая доброта, мудрость) и исследование тех путей, которыми он эти качества развивал, могут служить нам в нашей практике источником вдохновения. И в этой связи чтение истории его жизни, рассказов о его прежних перерождениях и дошедших до нас слов его учений в бесчисленных его беседах с людьми явит нам необыкновенную картину его усилий и свершений.

Существенной для нас стороной в этом памятовании будет соединение его усилий с нашими собственными. Другая форма памятования относится к изображениям так, как если бы он действительно присутствовал здесь. Спросите себя влияют ли, и каким образом, на ваши ментальные состояния оказываемые вами знаки почитания, поклоны, или сидение в медитации перед образом? Когда мы это делаем, то усиливается ли состояние осознанности? Помогает ли это непреклонному и открытому исследованию природы нашего ума? Быть может, при этом также возникает глубокое чувство любви и преданности, которое смягчает ум и вдохновляет сердце?

[ads-pc-2]

[ads-mob-2]

Читайте похожее:

Оцените статью Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (5,00)
Елена Уварова
Об авторе:
Магистр физиотерапии, тренер Аштанга Виньяса Йоги, владелец школы йоги. Окончила Медицинский университет по специальности физиотерапия. Окончила курс подготовки учителей «Аштанга Виньяса Йога». Сертифицированный преподаватель Ashtanga yogi, а также с 2010 года совладелец студии Shanti Yoga. Постоянно расширяет свои знания, принимая участие в многочисленных семинарах, а также занимается в аспирантуре с темой диссертации «Психосоматическая практика йоги», изучая взаимосвязь тела и духа для эффективного применения древних техник с современным научным обоснованием. Научный подход позволяет усилить эффективность практики, благодаря точному пониманию оказываемого воздействия.
Все статьи автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.